1. Введение: январский обвал, которого не ждали

Первый месяц 2026 года поставил мрачный рекорд для российского рынка сельскохозяйственной техники. Продажи отечественных машин на внутреннем рынке рухнули на 42,3% по сравнению с январем 2025 года, составив всего 5,2 млрд рублей (с НДС). Это худший январский результат в денежном выражении за последние пять лет .

Падение затронуло все сегменты — от малых орудий до крупных комбайнов. Особенно драматично выглядят показатели по отдельным видам техники: продажи пресс-подборщиков сократились на 85,5%, машин для внесения удобрений — на 84,6%, опрыскивателей — на 84,1% .

Но самое тревожное даже не в самих цифрах. За ними стоит системный кризис: у аграриев закончились деньги, кредиты стали недоступны, а надежды на скорое улучшение ситуации нет даже у производителей техники. Совладелец «Ростсельмаша» Константин Бабкин в конце февраля 2026 года признал: «Пока спрос на сельхозтехнику остается очень слабым. Еще слабее, чем в прошлом году. Пока ставка центробанка остается высокой, цены на зерно не растут — особых предпосылок я не вижу для увеличения спроса» .

В этой статье — подробный разбор причин падения, региональная картина, позиции производителей, действия государства и прогнозы на 2026 год.

2. Цифры падения: от общего обвала до деталей

2.1. Общая картина января 2026 года

По данным ассоциации «Росспецмаш», объединяющей производителей сельхозтехники, продажи на внутреннем рынке в январе 2026 года составили 5,2 млрд рублей, что на 42,3% меньше, чем в январе 2025 года (тогда было 9 млрд рублей). Экспорт российской сельхозтехники также сократился — на 29,4%, до 900 млн рублей .

Эти цифры — не случайный сбой, а продолжение устойчивого тренда. Рынок сокращается третий год подряд. В 2024 году отгрузки упали на 17,6% к 2023 году, в 2025-м — еще на 21% . Но январские показатели 2026 года оказались самыми глубокими за весь период наблюдений.

2.2. Динамика по видам техники (штучные продажи)

Статистика «Росспецмаша» по отгрузкам в штуках показывает, что кризис затронул все без исключения сегменты :

Особенно показательно: даже по «флагманским» видам техники — тракторам и комбайнам, которые считаются основой любого хозяйства, — снижение составило 28,5% и 20,2% соответственно .

2.3. Региональный срез: Ростовская область как индикатор

Особенно наглядно ситуацию иллюстрирует Ростовская область — один из ключевых аграрных регионов России. По данным Зернового союза сельхозпроизводителей Ростовской области, за период с 1 января по 13 февраля 2026 года местные аграрии приобрели всего 15 тракторов, 2 комбайна и 11 единиц прочей техники .

Директор союза Анатолий Кольчик назвал это «одним из самых низких показателей по обновлению техники». Причем это продолжение тренда: по итогам 2025 года приобретение новой сельхозтехники в регионе сократилось в среднем на 65% к результатам 2023 года, а в сегменте тракторов падение достигло 84,1% .

3. Причины кризиса: почему аграрии перестали покупать

3.1. Финансовый блок: дорогие кредиты и недоступность субсидий

Ключевая ставка и реальная цена финансирования

Несмотря на то, что в феврале 2026 года Банк России снизил ключевую ставку с 16% до 15,5% годовых , стоимость заемных средств остается критически высокой для аграрного сектора. Как отмечает аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов, решение о покупке техники аграрии принимают не по ставке ЦБ, а по итоговой цене финансирования и наличию лимитов и субсидий .

Фермеры называют ориентиром ставку не выше 10% с учетом того, что реальная ставка для сельского хозяйства должна составлять около 3,5%, а остальные 6,5% должны субсидироваться государством. При текущих параметрах, даже с учетом программ льготного лизинга, техника «все равно фантастически дорожает, и при стабильных ценах на агропродукцию стимулы для расширения производства не очень большие» .

Ограниченность господдержки

Заместитель председателя совета ассоциации «Народный фермер» Бабкен Испирян поясняет механизм: при высокой ключевой ставке меньшее количество кредитов может быть просубсидировано Минсельхозом по разным программам. «Чем ниже ключевая ставка, тем, соответственно, больше субсидированных кредитов будет выдано и тем проще развиваться предприятиям», — напоминает он .

3.2. Экономический блок: низкие цены на зерно и рост себестоимости

Ценовой разрыв

Директор департамента инвестиций и рынков капитала Kept Павел Лапшин отмечает: «Последний раз продажная цена на зерно была привлекательной в 2021–2022 годах, сейчас она примерно на 30% ниже, чем тогда» . При этом себестоимость производства неуклонно растет из-за подорожания топлива, удобрений, запчастей и логистики.

Анатолий Кольчик из Зернового союза Ростовской области указывает на главный фактор: разрыв между ценами на сельхозпродукцию и материально-технические ресурсы, необходимые для ее производства .

Режим жесткой экономии

Коммерческий директор технического холдинга «ЭкоНива» Геннадий Непомнящий констатирует: падение спроса и цен на основные виды сельхозпродукции сопровождается ростом себестоимости, поэтому аграрии переходят в режим «жесткой экономии» .

3.3. Поведенческий блок: отказ от нового в пользу ремонта

Ремонт вместо покупки

Один из наиболее значимых трендов 2026 года — аграрии предпочитают ремонтировать имеющуюся технику, а не покупать новую. Директор по продажам Петербургского завода колесных тракторов Алексей Лесняк (производитель тракторов «Кировец») сообщил, что компания наблюдает увеличение спроса на комплектующие со стороны хозяйств и агрохолдингов. «То есть в текущих условиях аграрии выбирают ремонт имеющихся машин, а не покупку новых», — резюмирует он .

Затоваривание складов производителей

Следствием падения спроса стало накопление нереализованной техники на складах. По данным на конец 2025 года, на площадках скопились тысячи нераспроданных образцов . Президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский подтверждает: «Их [трактора] и не покупают. У [заводов] затоваренные площадки c техникой стоят — тысячи комбайнов нереализованных, тысячи тракторов» .

3.4. Макроэкономический блок: неопределенность и высокие ставки

Фактор неопределенности

Продажи также сдерживает высокая степень неопределенности на рынке, считает партнер SBS Consulting Дмитрий Бабанский . Аграрии не видят четких перспектив ни по ценам на продукцию, ни по доступности финансирования.

Изношенность парка

По данным украинской разведки (со ссылкой на аналитические центры), изношенность парка сельхозтехники в России уже превысила 50%, а темпы обновления втрое ниже необходимой нормы. Агросектору РФ не хватает более 60 тысяч тракторов и 34 тысячи комбайнов . Хотя к этому источнику следует относиться с осторожностью из-за возможной ангажированности, цифры коррелируют с данными российских отраслевых ассоциаций.

4. Позиция производителей: от «Ростсельмаша» до малых заводов

4.1. Константин Бабкин (совладелец «Ростсельмаша»): пессимизм без иллюзий

Совладелец крупнейшего российского производителя сельхозтехники — завода «Ростсельмаш» — Константин Бабкин в конце февраля 2026 года дал откровенную оценку ситуации :

«Пока спрос на сельхозтехнику остается очень слабым. Еще слабее, чем в прошлом году. Мы запланировали 20% увеличение, но пока это не подтверждается. Пока ставка центробанка остается высокой, цены на зерно не растут — особых предпосылок я не вижу для увеличения спроса. Посмотрим, как будет складываться дальше».

Бабкин не исключил повторения практики 2025 года, когда «Ростсельмаш» вводил для сотрудников четырехдневную рабочую неделю из-за падения спроса. Он также сообщил, что завод в 2025 году получил чистый убыток по РСБУ порядка 1,5 млрд рублей, а отгрузки комбайнов снизились в штуках примерно на 20% .

Ранее, в декабре 2025 года, Бабкин прогнозировал продолжение роста цен на технику, несмотря на скопление тысяч нераспроданных образцов на складах .

4.2. Проблема ценообразования: рост на 40–89% за три года

Министр сельского хозяйства РФ Оксана Лут в конце 2025 года констатировала проблему, которую производители предпочитают не замечать: «Мы видим, насколько выросла у нас сельхозтехника по цене: трактора и комбайны от 40 до 89% по разным позициям выросли. Конечно, в этой ситуации тяжеловато нам покупать технику, которая увеличилась в цене настолько много» .

При этом, по словам Бабкина, «Ростсельмаш» продает технику по ценам середины 2024 года . Но это не решает проблему — цены остаются недоступными для большинства хозяйств.

Фермер из Семикаракорского района Николай Юзефов приводит конкретный пример: комбайн «ACROS» стоит 37–38 млн рублей. «За эти деньги ни в лизинг, ни в кредит — никак ты его не купишь, потому что его нельзя купить. Это не говоря уже о мелких фермерах. Сделали бы его по 16–17 [миллионов], для мелкого фермера это тоже много, но хотя бы конкурентоспособно, понимаете? Брали бы» .

4.3. Реакция дилеров: косметические меры не спасут

Председатель правления Ассоциации дилеров сельскохозяйственной техники (АСХОД) Александр Алтынов считает, что системные проблемы лежат в плоскости экономики аграриев и инвестиционных настроений, равно как и в плоскости денежно-кредитной политики ЦБ РФ. «Косметическими мерами, наподобие снижения ставки на 0,5 процентных пункта, ее не исправить, и чем дальше ситуация кардинально не меняется, тем более затяжным может быть выход», — предупреждает он .

5. Реакция государства: дополнительные 2 млрд рублей на лизинг

5.1. Новые меры поддержки

В начале февраля 2026 года правительство РФ выделило дополнительно 2 млрд рублей для субсидирования льготных ставок лизинга сельхозтехники. «Росагролизинг» намерен сохранить поставки сельхозтехники на уровне 2025 года .

5.2. Оценка эффективности мер

Представители рынка воспринимают это как поддерживающую, а не прорывную меру. Бабкен Испирян («Народный фермер») поясняет: решение о выделении 2 млрд рублей «лишь поддержит ситуацию, чтобы она не ухудшилась по сравнению с прошлым годом». По его словам, эти средства направлены именно на то, чтобы сохранить лизинговую ставку на текущем уровне с учетом подорожания техники и роста других расходов .

Александр Алтынов (АСХОД) призывает не переоценивать влияние этих мер: «На то они меры поддержки, а не прорыва. Безусловно, они нивелируют негатив, но не обеспечивают мощного позитива. Хорошо, что они направлены на спрос и инструменты "Росагролизинга" — это более значимо в текущем моменте» .

5.3. Позиция Минпромторга: надежда на перелом

В Минпромторге рассчитывают, что в 2026 году спрос на сельхозтехнику вырастет. Заместитель руководителя управления сельскохозяйственного, пищевого и строительно-дорожного машиностроения ведомства Илья Орсик в начале 2026 года заявил: «Надеемся, что тренды прошлого года, которые мы в конце начали переламывать, в том числе с учетом новых инструментов поддержки, будут максимально закрыты, и мы выйдем в рост, который все ждут» .

6. Спор с Минсельхозом: кто виноват в падении спроса?

Одна из наиболее острых дискуссий развернулась вокруг причин кризиса. Производители техники и аграрии называют виновниками высокую ключевую ставку и недостаточность господдержки. Глава Минсельхоза Оксана Лут придерживается иной позиции.

В конце 2025 года Лут заявила, что предприятия завышают цену на свою продукцию и фактически ставят ультиматум фермерам, не оставляя им выбора . Она подчеркнула, что за три года тракторы и комбайны подорожали на 40–89%, что делает их недоступными для аграриев.

Константин Бабкин («Ростсельмаш») парирует: завод продает технику по ценам середины 2024 года, а проблема не в ценах, а в отсутствии денег у аграриев из-за низких цен на зерно и дорогих кредитов .

Эта дискуссия остается неразрешенной, но ее наличие свидетельствует о глубине системного кризиса в отрасли.

7. Прогнозы на 2026 год: чего ждать дальше?

7.1. Февраль может быть лучше, но прорыва не будет

Владимир Чернов (Freedom Finance Global) ожидает, что февральские продажи окажутся лучше январских, в том числе благодаря выделенным 2 млрд рублей на поддержку лизинга . Однако Павел Лапшин (Kept) предупреждает: даже с учетом стимулов, покупка техники для многих фермеров остается малодоступной, поэтому ожидать прорывов в продажах в обозримом будущем не приходится .

7.2. Возможна повторная остановка заводов

Константин Бабкин допускает, что в 2026 году «Ростсельмаш» может снова перейти на сокращенный режим работы, как это было весной 2025 года, когда завод ввел четырехдневную рабочую неделю .

7.3. Отложенный спрос может сработать во втором полугодии

Алексей Лесняк (Петербургский тракторный завод) отмечает, что резкое падение отгрузки российской сельхозтехники в 2025 году говорит о формировании отложенного спроса. В компании ожидают роста продаж в ближайшее время в связи с подготовкой к сельскохозяйственным работам .

Александр Алтынов (АСХОД) также считает, что начало года для рынка будет слабым, но ближе к сбору урожая спрос, вероятно, «догонит» .

7.4. Без снижения ставки — без изменений

Главным условием восстановления рынка остается снижение ключевой ставки. Аграрии называют ориентир: ставка ЦБ не более 10% при условии, что часть будет субсидироваться . Пока этого не произойдет, «особых предпосылок для увеличения спроса» не будет, резюмирует Бабкин .

8. Заключение: системный кризис или временная коррекция?

Январь 2026 года войдет в историю российского агромашиностроения как самый провальный первый месяц года за последние пять лет. Падение продаж на 42,3% — это не случайный сбой, а симптом системного кризиса, который назревал несколько лет.

Ключевые выводы:

1. Кризис многофакторный. Высокая ключевая ставка, низкие цены на зерно, рост себестоимости производства, недоступность кредитов и субсидий — все эти факторы действуют одновременно, создавая «идеальный шторм» для рынка техники.

2. Аграрии перешли в режим выживания. Отказ от покупки новой техники в пользу ремонта старой, сокращение инвестиционных программ, оптимизация затрат — это не временная мера, а стратегическая адаптация к новым экономическим реалиям.

3. Производители несут убытки. «Ростсельмаш» закончил 2025 год с убытком 1,5 млрд рублей, склады затоварены нераспроданной техникой. При этом цены на машины за три года выросли на 40–89%, что сделало их недоступными для большинства хозяйств.

4. Господдержка — поддерживающая, но не прорывная. Дополнительные 2 млрд рублей на лизинг помогут не допустить ухудшения ситуации, но не обеспечат восстановления рынка до прежних объемов.

5. Перспективы туманны. Без снижения ключевой ставки до уровня, позволяющего аграриям брать доступные кредиты, без роста цен на зерно и без пересмотра ценовой политики производителей техники, говорить о восстановлении рынка преждевременно.

Как резюмировал Константин Бабкин: «Пока ставка центробанка остается высокой, цены на зерно не растут — особых предпосылок я не вижу для увеличения спроса» . И это, пожалуй, самый точный диагноз текущей ситуации.